18 сентября

Светлана Федорова о реальном состоянии дел в больнице, откатах, приписках и штрафах для персонала

Светлана Федорова, главный врач Николаевской областной инфекционной больницы, — один из немногих врачей, которые называют вещи своими именами.

В интервью Вестям она откровенно рассказала, как ее заставляют штрафовать персонал, чтобы не платить положенную надбавку. О рекомендации делать меньше тестов на коронавирус. О липовых формулах Национальной службы здоровья Украины.

— Светлана Федоровна, как сейчас обстоят дела с коронавирусом в Николаевской области? Выросло ли число больных?

— Да, и значительно. Если весной и в июне в нашей больнице ежедневно было 15–22 пациента с коронавирусом, то, начиная с июля, их уже 75–79. То есть заболеваемость выросла больше, чем в четыре раза. И все, кто у нас лежат, имеют тяжелую форму протекания болезни.

— По-прежнему тяжело переносят Covid-19 те, кто имеет хронические заболевания? Или появились какие-то новые тенденции в этом вопросе?

— Да, как и раньше, среди тяжелых пациентов — те, кто имеет какие-либо хронические проблемы. Например, астму, сердечно-сосудистые заболевания, диабет, ожирение. Также среди них много пожилых людей. Но есть и исключения. Так, недавно у нас был 36-летний спортсмен. Без единой хронической болезни. Не пьющий, не курящий. Думала, мы его потеряем.

Но самое печальное то, что большинство наших пациентов могли бы не оказаться на больничной койке, если бы получили своевременное адекватное лечение от семейного врача. 90% людей, которые сейчас лежат у нас, две недели лечились по телефону.

Читайте также Сенкевич заявил, что заявления главврача инфекционки Федоровой – политические и она пойдет на выборы

— Как это происходит?

— Приведу свежий пример. Недавно к нам поступил пациент в тяжелом состоянии, с очень низкой сатурацией (содержание кислорода в крови. — Ред.). Начиналось у него все так. Почувствовал себя нехорошо, позвонил семейному врачу. Тот спросил: "Не задыхаетесь? Не кашляете?" Получив отрицательный ответ, порекомендовал: "Сидите дома, сбивайте температуру при необходимости". И вот больной сидит дома неделю. Лучше не становится. Снова звонит семейному врачу. Тот говорит: "Сделайте анализ крови в такой-то поликлинике. А потом продиктуйте по телефону его результаты". Продиктовал. Ответ: "Сидите дома, пейте парацетамол дальше". Но пациенту по-прежнему нехорошо. "Ну, хотите — сделайте рентген", — советует ему врач. Прошелся по трем больницам. В двух отказали, в третьей сделали. Рентген показал, что есть изменения в легких. Все равно врач не дает направление на бесплатный анализ на коронавирус. Пошел в частную лабораторию, сделал тест — таки "корона". Снова звонит семейному врачу. Тот опять повторяет: "Сидите дома, принимайте, если надо, жаропонижающее. Будете задыхаться — вызовите скорую".

Так и происходит: человек, действительно, начинает задыхаться, потому что не получает адекватного лечения, и его привозят к нам. Если бы врач лечил не по телефону, а прослушал бы легкие пациента, то понял, что на четвертые сутки у него началась пневмония, дал бы ему антибиотик, и уже на 10-й день человек бы выздоровел. А так из-за дистанционного "лечения" болезнь из средне-тяжелой формы перешла в тяжелую.

— Часто семейные врачи объясняют такое поведение тем, что у них просто нет защитных костюмов.

— Да, существует такая проблема. И вызвана она не тем, что нет денег и не на что купить эти костюмы, а тем, что часто суммы, выделенные на противопандемические меры, "отмывают".

— Знаю, что есть другая крайность. Некоторые семейные врачи чуть ли не при любом чихе сразу дают рекомендацию вызывать скорую. А у ее бригады благодаря "ковидной" надбавке есть стимул госпитализировать всех подряд.

— Есть такое. Вот недавно был случай. Доставляет к нам скорая человека. Температуры нет. Спрашиваю: "Что у вас?" Говорит: "Першило в горле, позавчера было 37,5". Удивляюсь: "Чего приехали?". Отвечает: "Так коронавирус же кругом". Вот таких "больных" часто берет наша первая городская больница. А крайне тяжелых везут к Федоровой.

— К вам, в областную взрослую "инфекционку", везут еще и детей. Почему? Ведь в городе и области есть детские инфекционные больницы.

— Действительно, у нас есть вторая детская больница, где 100 инфекционных детских боксированных коек. Туда ни один ребенок с коронавирусом не расписан ни в одном плане. У нас есть областная детская больница, где 50 инфекционных коек. В нашей больнице коек для детей с коронавирусом нет. Но при этом маршрут госпитализации детей областное Управление охраны здоровья прописало к нам. Что самое страшное, согласно ему, к нам могут привезти чуть ли не новорожденных детей. То есть, если, к примеру, у шестимесячного ребенка резко подскочила температура и педиатр или в скорой решили, что это не из-за прорезывающегося зубика, а из-за коронавируса, я обязана принять такого малыша и положить в палату с коронавирусными взрослыми.

— Для взрослых пациентов хватает коек?

— Нет. У меня всего 110 коек для коронавирусных больных. При этом облздрав "нарисовал", что у меня их 150. Я объясняю, что при кишечных инфекциях я могу хоть и 200 человек положить. Но при особо опасных инфекциях не могу прыгнуть выше головы. Мне отвечают: "Клади, куда хочешь". И теперь у нас в палату превратилась даже столовая. А на днях была вынуждена положить больного в конференц-зал. Произошло это так. Ко мне пришел человек с подтвержденным коронавирусом. Врач сказал лечиться дома. Он, очень плохо себя чувствуя, решил прийти сразу ко мне в кабинет (и так делают по 10–12 человек ежедневно, у меня тут уже как второе приемное отделение). Я ему говорю: "Так как вы житель города, а не области, вам нужно ехать в городскую больницу". Он, чуть ли не падая на колени, начинает умолять: "В коридор лягу, на пол лягу, но туда не поеду: там меня обдерут как липку". Я ему объясняю, что сейчас реально некуда положить. Может, после обеда получится, когда кого-то выпишут. Он выходит из кабинета, падает, теряет сознание. Мы его затаскиваем в конференц-зал, который находится рядом с кабинетом. Колем нужные лекарства, даем кислород. И до обеда пациент у меня там лежал, потом перевели в палату.

— Национальная служба здоровья Украины адекватно реагирует на то, что количество больных коронавирусом растет, увеличивает выделяемые суммы на лечение Covid-19?

— Нет. Более того, при росте числа заболевших в четыре раза мы за июнь получили от НСЗУ на 200 тыс. грн меньше, чем в предыдущие месяцы.

— С чем это связано?

— НСЗУ придумала формулу. В ней очень хитроумно складывается количество аппаратов ИВЛ, тяжелых больных, другие показатели — и все это умножается на определенный коэффициент. А он зависит от числа введенных в эксплуатацию аппаратов искусственной вентиляции легких в данном месяце. Но это несусветная глупость. У меня уже весной было 32 ИВЛ, этого хватает. Мне не нужно покупать новый аппарат и ставить его на учет. Из-за этого коэффициент снижается, и получается меньшая сумма. Это первая причина.

— Какая вторая?

— Они считают, сколько нам надо выделить денег, по головам анестезиологов. Но если у меня один анестезиолог рассчитался, все остальные пятеро работают на полторы ставки, так как берут на себя ставку ушедшего. Кроме того, в этой формуле не учитываются ни обычные врачи, ни санитарки, ни медсестры. НСЗУ пошла дальше. Она решила брать цифры не из моих официальных отчетов, а из отчетов Центра здоровья при областном Управлении охраны здоровья. И вот в них, к примеру, вместо 40 реанимационных коек, которые у нас есть, пишут всего 20. А это тоже влияет на сумму выплаты. Если обобщить, то сейчас НСЗУ дает мне по "ковидному" пакету 3 млн грн. А только на зарплаты мне надо 5 млн грн. При этом мне еще нужно содержать больницу, покупать медикаменты, антисептики литрами. НСЗУ рекомендует из этих трех миллионов потратить полтора на зарплаты, а остальное — на содержание больницы.

— А где брать недостающие 3,5 млн на зарплаты персоналу? Как вы выкручиваетесь?

— Весной, в июне наш областной совет собирал ежемесячно сессии, на которых депутаты единогласно голосовали за то, чтобы выделять деньги из областного бюджета на наше содержание. Благодаря этому я могла платить 300 процентов зарплаты и начислять премии, даже несмотря на такой дефицит средств от НСЗУ. Я просила депутатов: выделите деньги на зарплатный фонд до конца года. К сожалению, этого не сделали: облздрав настаивал, что нам не нужны никакие доплаты.

— Почему?!

— Они возмущались: "Как ты могла начислить врачам по 70 тыс. грн?!" А одна сотрудница облздрава пошла еще дальше. В присутствии шести человек сказала о санитарках: "Они ж.. моют, за что им платить 15 тыс. грн. Я костьми лягу, но никто вам не разрешит взять доплаты из областного бюджета". А как они хватались за сердце, когда мы дворникам заплатили по 11 тысяч!

— Как будто вы взяли из их кармана.

— Да, они бюджетные деньги рассматривают как свои собственные. Вот в этом проблема. Ко мне пришел человек, меценат, вложил свои 60 млн грн в оснащение нашей больницы, а они жалеют бюджетные деньги. Сюрреализм какой-то.

— Облсовет не выделил деньги до конца года, но летом хотя бы продолжал их давать?

— Нет. В июле-августе сессии не провели, поэтому деньги не выделили. И наше Управление охраны здоровья нашло "выход" из этой ситуации — пишет официальные письма, в которых рекомендует штрафовать сотрудников, чтобы не доплачивать им деньги. Мол, не нужно будет искать дополнительное финансирование, и вы уложитесь в те суммы, которые выделяет НСЗУ. У меня ни один человек за полгода не заболел коронавирусом. Это показатель того, что люди постоянно в защитных костюмах, убиваются в этих масках. Сутки проводим в больнице. Как я могу их штрафовать?

Тем временем в области не знают, куда бюджетные деньги девать: или люстру новую повесить в театр, который сейчас на карантине, или мрамором обложить стадион. А я не могу купить аппарат ПЦР для обследования на коронавирус: поставщики два месяца ждали от меня денег — и теперь отказали.

— А ведь МОЗ постоянно говорит о необходимости увеличения тестирования на Covid-19.

— А наш облздрав, знаете, что новое придумал? Ограничить обследование пациентов. Это он требует в рекомендательном письме, которое разослали всем главврачам.

— Кроме областного, есть еще и городской бюджет. Город вам как-то помогает?

— Нет, ни одной копейки город сюда не выдал. Притом, что у меня 70 процентов пациентов — это городские жители. И я вам объясню, почему. Потому что не понесу я мэру откат ни с зарплаты, ни с закупки. Не дам я купить там, где он покажет пальцем. Благодаря этому еще полгода назад у меня был полностью сделан кислород (им оснащено 88 коек) и летальность у коронавирусных пациентов — меньше двух процентов. Благодаря этому у нас самые современные медикаменты, и они для пациентов абсолютно бесплатны.

— А почему у вас так много жителей города, вы ведь областная больница?

— Потому что полгода городская больница номер один, которая по коронавирусу относилась к "первой линии", как и мы, не принимала ковидных больных. Занималась эндокринологией, кардиологией — всем, но только не коронавирусом. Притом, что там было 270 инфекционных коек, а у меня — 100. И только благодаря социальным сетям, СМИ мы заставили ее, наконец, начать работать с коронавирусными пациентами. Правда, люди не хотят там лечиться. Там пишут списки лекарств на 3–5 тыс. грн в сутки. При этом оснащение очень слабое. Полученные на него 90 млн грн за полгода простоя просто "размыли".

— Да, "невыгодный" вы главврач. Лечите бесплатно, сотрудников не штрафуете.

— Да. И мне открыто заявляют в облздраве: "Ковид закончится, от вас пыль останется. Вы нигде места не найдете, даже простым врачом". И это все говорится при других главврачах, чтобы им неповадно было сопротивляться системе. Но кому вы угрожаете? Командиру штрафбата. Я не знаю, выживу или нет в этой войне. Чем вы угрожаете? Да я сама отсюда убегу, когда уйдет эта коронавирусная угроза.

— Светлана Федоровна, вы назвали массу проблем. Как, на ваш взгляд, можно исправить ситуацию? Что, скажем, должен сделать Минздрав?

— Проблема не в МОЗе сейчас. Я в медицине с 1989 года, и впервые вижу настолько продуманные документы, приказы и алгоритмы. Но их перевирают на местах, подстраивают под свои интересы. Подают неправдивую отчетность. Например, в то время когда мне людей некуда класть, рапортуют в МОЗ, что у меня 20-процентная заполненность больничных коек. И, конечно, колоссальная проблема сейчас в НСЗУ. Они нас просто банкротят.

— Украина практически каждый день ставит антирекорды по заболеваемости коронавирусом. В связи с этим то и дело возникают разговоры о том, что осенью введут жесткий карантин. Как вы к этому относитесь?

— Джин выпущен из бутылки, и в этой ситуации жесткий карантин уже не поможет. Да и невозможен он в нашей стране. Нужно самосознание людей, самодисциплина. Но как о них можно говорить, когда первые лица города призывают, скажем, отпраздновать День молодежи и устраивают массовые гулянья.

Кроме того, нельзя бизнес загонять под лавку, закрывать школы. Нужно просто все правильно организовать. Например, в школах не нужно, чтобы дети бегали по классам. Вышли на переменку — включили бактерицидную лампу, проветрили помещение. Помыли руки антисептиком — продолжаем учиться. Не надо в масках сидеть. Это глупость.

Просмотров:
comments powered by HyperComments