26 марта


В Саудовской Аравии украинский БТР-7 считали лучшим в мире, - экс-директор Николаевского бронетанкового завода Швец

Комментарии: 1

Одно из крупнейших украинских предприятий по ремонту колесной бронированной техники – Николаевский бронетанковый завод переживает череду скандалов. Они связаны с недавним увольнением директора Николая Кистрина и подозрениями в финансовых злоупотреблениях со стороны должностных лиц предприятия.

По информации нынешнего гендиректора "Укроборонпрома" Павла Букина, еще одной причиной увольнения Кистрина стало неэффективное руководство заводом, которое могло привести к срыву государственного оборонного заказа. Однако были времена, когда НБТЗ считался ведущим предприятием госконцерна "Укроборонпром". Эти успехи связывались с деятельностью Александра Швеца, который дважды становился его директором. Тогда НБТЗ не только ремонтировал, но и модернизировал боевую технику.

Продукцией предприятия всерьез интересовались заказчики из ОАЭ, Саудовской Аравии и Ирака. К слову, недавно Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI) опубликовал доклад, в котором государственный с объемом продаж в $1,02 млрд. По мнению Александра Швеца, "Укроборонпром" мог бы занимать в этом рейтинге гораздо более высокие позиции, если бы прежнее руководство госконцерна, в угоду собственным амбициям не снимало с должностей директоров предприятий, способных обеспечить поставки украинской военной техники в распоряжение ВСУ и за рубеж.

В последний раз Александр Швец был уволен руководством "Укроборонпрома" в мае 2015 года. После этого в работе предприятия начался спад. В то же время, с именем Александра Швеца также связан ряд серьезных скандалов, о которых Цензор.НЕТ также расспросил бывшего директора НБТЗ.

В песках увязли все машины наших конкурентов

- Вы два раза становились директором Николаевского бронетанкового завода и оба раза вынуждены были уходить. Что не получалось?

- Я никогда не рвался быть директором завода, я занимался бизнесом. Это происходило совершенно случайно. В первый раз, в сентябре 2010 года меня уговорили в Кабмине и в Минобороны. Мне сказали: ты инициатор контракта с Саудовской Аравией и ОАЭ? Хочешь, чтобы этот контракт состоялся? Принимай завод. И буквально через месяц после того, как я стал директором, наша делегация уже уехала на презентацию и испытания, которые проходили в Королевстве Саудовская Аравия.

- А почему завод оказался под угрозой закрытия?

- Предприятие простаивало на протяжении более чем двух лет. Накопилась задолженность размере 7 миллионов гривен по зарплате сотрудникам. Кроме того были долги по оплате за энергоносители, перед поставщиками, бюджетом и.т.д. Из-за этого, кстати, было очень трудно вести разговор с заказчиками из Саудовской Аравии. Они очень пристально отслеживают информацию о нас. Передо мной сразу же положили кипу наших газет с заметками о том, что завод простаивает – это именно то, что тщательно пытались скрыть. Меня тогда предупредили: хочешь работать с нами – будь осторожен. У нас жуликов не любят.

В Саудовской Аравии, в ОАЭ вообще очень серьезно работают и проверяют машины по всем параметрам, особенно их качество. Они пригласили нас на специально оборудованный полигон и попросили подтвердить заявленные тактико-технические характеристики на практике. Заявленную скорость внимательно измеряли. А потом попросили снять двигатели на время. Затем потребовали поставить их обратно – и тоже на время. Это был тест на ремонтопригодность. После этого они впустили в кабину своих военнослужащих, дав им 15 минут на ознакомление с машиной. Всего 15 минут, да еще в условиях двойного перевода – с русского на английский, а потом на арабский и обратно! Спрашиваю – зачем это нужно? А мне отвечают - любой солдат в экстренной ситуации должен быть готов взять на себя управление бронетранспортером. Поэтому техника должна быть понятной для любого члена экипажа.

- Какое впечатление на заказчиков произвела ваша машина?

- Все заявленные характеристики мы успешно подтвердили. БТР-7 проехал три тысячи километров по всему периметру границы ОАЭ, около 700 км в Саудовской Аравии. Так проверяли надежность. Это тоже обязательное требование. Так вот, в песках увязли машины всех наших конкурентов. Включая хваленую "Пиранью" (швейцарский бронетранспортер MOWAG Piranha. – Авт.). Я слышал, как местные офицеры, обсуждая между собой наш бронетранспортер, говорили: "Ему нет равных в мире".

Наконец, в декабре 2011г пришло приглашение из ОАЭ для обсуждения деталей поставки 600 БТР-7. С представителями Саудовской Аравии тогда мы еще продолжали переговоры. Им требовалось заменить около 10 тысяч устаревших американских гусеничных БТР М-113. Но американцы очень ловко взяли их на крючок. Они поставили им свои машины, но с таким условием, что ремонтировать их могли только американские специалисты. А стоимость ремонта одного М-113 была сопоставима со стоимостью одного нашего БТР-7.

И вот, я готовлюсь в командировку, но тут буквально за день до отъезда, 11 января 2012 года, приходит распоряжение уволить меня "по собственному желанию". Интересно, что никто в "Укроборонпроме" так и не потребовал к меня отчет по итогам моих поездок. Такое впечатление, что результаты никого не интересовали.

Бронетранспортер БТР -70ДИ (БТР-7) оснащен двумя двигателями Iveco мощностью по 150 л.с.(последняя модернизация 180 л.с.), что позволяет ему развивать скорость до 110 км.ч. При этом БТР может двигаться и на одном двигателе со скоростью до 60 км.ч, обеспечивая расход в 19 литров топлива на 100 км. пробега. Презентация возможностей БТР-70 ДИ состоялась в 2009 году на выставке в Абу-Даби. Изделие очень заинтересовало представителей Саудовской Араавии и ОАЭ. Они по достоинству оценили идею с двумя двигателями, которые позволяли бронетранспортеру сохранять ход, даже если один из агрегатов будет выведен из строя.

- Почему же вас уволили?

- Очевидно, тогдашний генеральный директор "Укроборонпрома" Дмитрий Саламатин был раздосадован тем фактом, что в программе визита в ОАЭ я получил приглашение быть личным гостем от второй по своему влиянию семьи в Объединенных Арабских Эмиратах. Он даже направил своего человека, чтобы отстранить меня от переговоров! А может быть, у него просто были свои планы на будущее Николаевского бронетанкового завода, и я мог этим планам помешать.

- А чем закончилась история с контрактом на поставку БТР-7 в Саудовскую Аравию?

- Первая попытка состоялась в 2010 году на поставку 117 машин. Украинский экспортер предложил заводу $75 млн, а саудитам выставил предложение на $235 млн. Но там ведь тоже не дураки сидят. "Ваш бронетранспортер не стоит два миллиона!", - пояснили нам.

- В итоге, вам удалось "оживить" завод в 2010-2011 годах?

- Для начала пришлось побороться за само существование Николаевского завода. Было два приказа, подписанных в 2010 году Михаилом Ежелем и в 2011 году Дмитрием Саламатиным о передаче предприятия Житомирскому бронетанковому заводу. Весной 2011 года приехала комиссия во главе с его директором Сергеем Бутенко принимать наш объект и забирать основное оборудование. Но мне удалось добиться отмены обоих приказов.

Также мне пришлось вложить собственные деньги для погашения накопившихся долгов. В итоге, нам удалось не только закрыть задолженность по зарплате на 2,5 млн грн., но и добиться регулярной работы предприятия и своевременных выплат зарплат. У нас получился даже задел на 2012 год. Мы выбили включение в госбюджет 7,65 млн. грн. за ремонт БТР-80 для нужд Минобороны которые уже были отремонтированы за деньги завода. Велись работы по созданию новой командной штабной машины "Свитязь" (БТР-70 ДИ-2 с "продвинутым" радиооборудованием производства ООО "Телекарт-прибор"). Кроме того, в 2011 году мы собрали 11 машин по так называемому польскому контракту на поставку БТР-80УП. Еще 4 машины находились в работе. Таким образом в первой половине 2012 года иностранному заказчику отгрузили всего 15 машин¸ но уже без моего участия. Осталось поставить 14 машин. Впоследствии этот контракт также был сорван…

БТР-80УП - польско-украинская модернизация советского бронетранспортёра БТР-80, разработанная для вооружённых сил Ирака. Работы по модернизации начались в 2006 году, в соответствии с контрактом, заключенным между польской фирмой Bumar S.A. и украинской компанией "Спецтехноэкспорт". Работы производил Николаевский ремонтно-механический завод.

Мой предшественник 276 дней провел в "командировке" в Киеве

- А кто вас уговорил вернуться в 2014 году?

- Тогда я уже активно готовился работать за границей. Но временно исполняющий обязанности "Укроборонпрома" Юрий Терещенко сообщил мне, что опять, как и четыре года назад, стоит вопрос о закрытии завода. Мол, Александр Михайлович, вы этот завод уже знаете. За три месяца поднять сможете, или завод пойдет с молотка? Кабинет Министров уже принял соответствующее решение.

- И в каком состоянии был завод во время вашего второго пришествия?

- Ситуация привела меня в ужас. Мой предшественник, киевлянин Валерий Киселев, в течение 2013-2014 года 276 дней провел в "командировке" в Киеве. Никто заводом не занимался. Предприятие опять погрязло в долгах. Оборот составлял, в среднем 50 тысяч гривен в месяц и в основном, за счет продажи запчастей. При этом, стоимость охраны завода составляла 70 тысяч. На заводе работали всего 130 человек, причем, большая их часть выполняла вспомогательные функции. Долги по зарплате составляли более 2 млн. грн., были долги перед поставщиками и 39 арестованных банковских счетов в придачу. Предприятие вообще могло остановиться из-за так называемых "двойников".

- Что это за "двойники"?

- Эта проблема появилась в конце 2011 года. Люди подавали в суды иски по взысканию задолженности по зарплате. По тем же людям делала представления и прокуратура. И получилось, что на одного человека приходилось по два исполнительных листа. Закрыть исполнительное производство можно только по решению суда. Пока меня не было на заводе, "двойниками" никто не занимался. А в 2014 году начали приезжать коллекторы из Киева. Они предлагали помощь в выбивании долгов с предприятия. Всего завод был должен 300 сотрудникам, причем эти долги тянулись с 2008 года. С легкой руки коллекторов задолженность в 10 тысяч быстро превращалась в 100 тысяч. Под долги "двойников" практически была продана заводская база отдыха "Ветерок". Но завод выиграл все суды по "двойникам" к концу января 2015 года. Также за различные просчеты, приведшие завод к плачевному состоянию, мне пришлось уволить главного бухгалтера и начальника юридического отдела предприятия.

- И как вам удалось запустить работу предприятия во второй раз?

- Я отказался от работы за границей и весной 2014 года и вернулся на завод. Шла война и круг задач был понятен. При этом, у меня было желание возродить польский контракт. Кроме того, представители Саудовской Аравии и ОАЭ опять начали вести со мной переговоры о возможных поставках БТР-7. Я начал звонить бывшим рабочим, ездил по домам, убеждал людей вернуться. Снова пришлось вкладывать свои собственные деньги для запуска государственного предприятия. Искали заказы, но в возрождение завода коллеги слабо верили.

Мы начали осваивать производство бронетанковых машин, производить мелкие ремонтные работы. Также мне удалось найти первого серьезного заказчика. Им стала Государственная пограничная служба. Припоминаю, они заказали нам ремонт БТР-60. Так мы обучали их экипажи машин водить БТР на своем полигоне. И натаскали их так, что они работали, как часики. Получалась двойная заинтересованность: бойцы заглядывали в каждую щель, интересуясь, какие запчасти мы ставим, как мы ремонтируем машины, на которых им предстоит идти в бой. А один из бронетранспортеров мы вообще сделали всего за три дня.

Был, правда, и другой случай сбойцами 79-й бригады. Они забрали у нас отремонтированный БТР, проехали на нем небольшое расстояние до центра города, а потом звонят: приезжайте, ваша машина поломалась. Приезжаем, а водитель, выезжая с завода, забыл снять машину с ручного тормоза. Кроме того, на улице стояла летняя жара, а боец закрыл все вентиляционные жалюзи. Естественно, ручной тормоз сгорел, а двигатель перегрелся…

Бронированная медицинская машина "Ковчег" на базе БТР-70, разработки НБТЗ

- В отношениях с 79-й аэромобильной бригадой, у вас, кажется, было не все гладко? Волонтер Давид Арахамия обвинял вас в том, что вы, якобы, вымогали у 79-й бригады деньги за ремонт бронетранспортеров.

- С Арахамией произошла следующая история. 1 августа 2014 года состоялось совещание в Николаевской облгосадминистрации, во время которого область взяла на себя повышенные обязательства по ремонту техники. Арахамия говорит – мы вам пригоним 12 БТР-80. Отремонтируете? А Юрий Бирюков (сейчас – помощник министра обороны, а тогда основатель волонтерской организации "Крылья Феникса", активно помогавший 79-й аэромобильной бригаде, - Авт.) пообещал оплатить ремонт.

Я собрал рабочих и говорю им – так и так. Деньги народные, поэтому оплачивают лишь работу и стоимость запчастей. Тогда за ремонт этих БТР-80 мы выставили счет в размере 1,2 млн. То есть, всего 100 тысяч грн за каждую машину. За такие деньги не каждую легковушку отремонтируешь, а тут – бронетранспортер со множеством неисправностей. Звоню я в "Крылья Феникса", предъявляю им счет, а мне сотрудница говорит – мол, что-то много всего вы в стоимость ремонта включили. Не будем платить.

- Так они заплатили?

- Нет. А потом начали возмущаться, что я вымогал деньги. Между тем ситуация предельно простая: государственное предприятие выполнило заказ, а я защищал его интересы, добиваясь расчета за выполненную работу. К сожалению, некоторые волонтеры, которым в обществе доверяют, считают свое мнение истиной в последней инстанции.

После второго увольнения Александра Швеца в мае 2015 года, волонтер Давид Арахамия написал у себя на Facebook, что когда-нибудь найдет и выложит документы о том, как директор завода "вымогал пару миллионов гривен за взятый на себя добровольный ремонт карбюраторов у нескольких БТРов 79-ки". Впрочем, по словам Александра Швеца, обещанные документы так и не появились. Кроме того, неясно о каких карбюраторах вообще говорил Арахамия, если учесть, что БТР-80 оснащен дизельным двигателем.

- А сколько машин отремонтировал завод, в то время, когда вы были директором во второй раз?

- Я считаю, что более полутора сотен… К 1 августа 2014 года мы полностью погасили все долги по зарплате. К слову, на момент моего второго увольнения на предприятии работали уже около 400 человек, а зарплата по состоянию на май 2015 года в среднем составляла около 6 тыс. грн.

- И, тем не менее, с новым гендиректором "Укроборонпрома" - Романом Романовым (занял должность гендиректора 4 июля 2014 года, а был уволен 12 февраля 2018 года) у вас отношения также не сложились. Почему?

С самого начала, когда Романов пришел на свою должность, я сразу понял, что нам будет трудно сработаться. Он предпочитал расставлять на ключевые посты своих людей из херсонской команды, и я не очень вписывался в эти планы. Как и в случае с Саламатиным, Романов не пустил меня в командировку в ОАЭ в феврале 2015 года и на выставку IDEX-2015 в Абу-Даби, куда я был приглашен в качестве личного гостя влиятельной семьи и для участия в переговорах на поставку бронетехники.

Я не мог представить себе, что банк "Киевская Русь" "лопнет"

- 15 мая 2015 года вы снова были уволены. По каким причинам?

- Мне не объяснили, хотя в приказе об увольнении обязательно должна быть указана ее причина. А так просто было написано: "Увільнити від виконання обов’язків".

- Однако вы стали участником ряда серьезных скандалов. Что это, например, за история с 26 млн грн от Минобороны на ремонт бронетехники, которые вы разместили в банке "Киевская Русь" в качестве депозита? Потом этот банк "лопнул", а деньги, якобы, не удалось забрать. В связи с этим вас также обвиняли в невыполнении этого контракта.

- Представьте себе ситуацию. Прихожу я на должность директора завода, пока еще в качестве временно исполняющего обязанности. А у меня 39 арестованных счетов и банки не соглашаются открыть новый, потому что он тут же будет арестован. Кроме того, прежний директор слег на больничный, а главный бухгалтер ушла в отпуск. Открыть счет, согласно уставу предприятия, может только директор либо человек, действующий по его доверенности. И как, спрашивается, нам работать? А юристы банка "Киевская Русь" помогли нам открыть счет и долгое время отражали попытки его заблокировать. Разве я мог предположить, что 19 марта 2015 года этот банк "лопнет", хотя еще в начале марта были опубликованы рейтинги, согласно которым "Киевская Русь" входила в двадцатку сильнейших банков Украины? Очевидно, такого оборота событий не могло предположить даже правительство, потому что буквально накануне закрытия, Кабмин направил в этот банк 200 млн грн, для выплат зарплаты шахтерам!

- А причем тут депозит и сорванный контракт?

- В октябре 2014 года мы подписали договор на ремонт БТР-70 и БТР-80 с Минобороны. Но деньги они нам перечислили только 31 декабря 2014 года. То есть, банк уже не работал в связи с новогодними праздниками, но руководство пошло нам навстречу и разрешило разместить деньги на депозите под 17-19%, тем более, что и "Укроборонпром" разрешал размещать деньги на депозитах. Таким образом нам удалось заработать еще 2 млн грн на процентах. Условия вклада позволяли снять деньги в любой момент. К тому времени, когда банк "Киевская Русь" был признан неплатежеспособным (временная администрация была введена в банк 20 марта 2015 года), контракт мы почти выполнили и большинство машин были отправлены в войска.

Хочу заметить, что 1 марта 2015 года деньги были на расчетном счету завода, а не на депозите, что и было указано в соответствующем акте Госфининспекции. 18 марта банк еще проводил платежи, и я дал команду, имея на счету 26 млн грн, направить 3 млн грн поставщикам, а остальные деньги перечислить на новый расчетный счет в Ощадбанке. Но банк на новый счет деньги так и не перевел! По этой причине, военная прокуратура вместе с заводом выиграли судебное дело о незаконном не перечислении средств!

В октябре 2018 года стало известно, что военная прокуратура Центрального региона в ходе досудебного расследования не установила неправомерность действий должностных лиц Николаевского бронетанкового завода при размещении депозитных вкладов в банке, который впоследствии обанкротился.

- Кроме того, вас обвиняли в незаконном переводе профсоюзных средств между различными счетами?

- Это делалось для того, чтобы деньги заказчиков не списала исполнительная служба в счет погашения старых долгов, в том случае, если юристы банка не смогут предотвратить арест счета. Однако на 1 января 2015 эти средства были полностью возвращены предприятию, до копейки. Это также подтвердила проверка Госфининспекции.

Еще две модернизации Николаевского завода - боевые разведывательные машины БРДМ-2ДИ "Хазар" и "Мангуст"

- В апреле 2015 года, незадолго до вашего увольнения один из сотрудников завода был пойман во время получения взятки. Что произошло тогда?

- В декабре 2014 года мы внесли фирме "Мостком", с которой завод работал на протяжении десятков лет, предоплату за вторую партию дефицитных запчастей (первую мы оплатили сразу после поставки). Однако поставку этих запчастей фирма "Мостком" осуществила только в марте 2015 года, по ценам декабря 2014 года.

Тогда же, в марте 2015 года к нам приехал представитель другой фирмы "АН-Сити" привез запчасти, и заверил нас, что может достать дополнительные дефицитные детали для бронетранспортеров. Решение о покупке приняли на совещании. Это сейчас существует импортозамещение, а тогда множество запчастей все еще производилось исключительно в России. Оплатили около 50% стоимости - 800 тыс грн. за уже поставленные запчасти. Спустя неделю, мне сообщили, что детали найдены, но представитель фирмы просит оплатить еще тысяч 200, чтобы он мог их выкупить. Мы перечислили необходимую сумму.

Проходит еще немного времени. И вот сижу на очередном совещании в "Укроборонпроме". Заходит первый заместитель гендиректора Сергей Пинькас и говорит: на Николаевском заводе за взятку задержали начальника службы безопасности и начальника отдела снабжения за взятку. Что же случилось? Оказывается человек, который доставлял нам запчасти, вызвал сотрудницу нашего отдела снабжения на улицу и передал ей пакет, в котором оказалась бутылка шампанского и коробка, как будто с деньгами. Эти вещи он приказал отдать начальнику отдела снабжения. Сотрудница вызвала свою начальницу на проходную и передала ей пакет. На записях камер видеонаблюдения было видно, что обе женщины не понимают, что это за вещи. Едва только начальница взяла пакет в руки и посмотрела вовнутрь, ее тут же захватили специально прибывшие из Киева сотрудники прокуратуры.

А что было в коробке? Деньги?

- В коробке оказалась бумажная "кукла". Как я позже узнал, что данную ситуацию "вели" сотрудники СБУ и военной прокуратуры, которые подозревали, что перечисление тех 800 тысяч гривен за уже поставленные запчасти являлось фиктивной операцией. На суде потом так и не поняли, в чем же заключается состав преступления.

- Есть ли сейчас открытые уголовные производства относительно вашей деятельности на заводе?

- Ни одного. Мой сменщик - Николай Кистрин, также представитель так называемой херсонской команды, пообещал перед моим увольнением - 14 мая 2015 года в течение месяца найти и представить общественности компрометирующие меня документы. Кроме того, мою деятельность трижды проверяло КРУ. Но никто ничего не нашел.

- Николай Кистрин был уволен в июле 2018 года за двухмесячную задержку с выплатами зарплаты и просроченной кредиторской задолженности по договорам с Минобороны. Также в октябре 2018 года стало известно, что полиция подозревает должностных лиц Николаевского бронетанкового завода в незаконном выводе 4,15 млн грн государственных средств, полученных за шесть двигателей. А также в оплате 830 тыс грн за несуществующий ремонт базы "Ветерок". Получается, что завод снова лихорадит. Вы знаете, что там происходит?

- После кошмара, связанного с многочисленными обысками и проверками по тем обвинениям, о которых мы с вами говорили, у меня отпало всякое желание интересоваться делами завода и уж тем более возвращаться туда в третий раз. Поэтому о заводе знаю лишь то, что 50% сотрудников, которые работали в 2014-2015 году, уже оттуда ушли. Хотя они и сейчас могли быть востребованы, а завод мог бы выполнять заказы, обеспечивать нужды Вооруженных сил, а также приносить многомиллионную долларовую выручку нашей стране.

Денис Попович

Просмотров:
comments powered by HyperComments